Ласомбра

Кто они

Ласомбра всегда слегка не в ладу с обыденной реальностью, и от них ждут победы любой ценой. Беспощадность в потомке ценится, так что слава предателей и пролаз заслужена. Внимания они не ищут и предпочитают роль кукловода, власти за троном. Для Тени цель оправдывает любые средства.

Вампиров издавна связывают с тьмой, но даже среди Сородичей родство с ней принадлежит одному клану. Из теней Хранители ведут свои игры, дёргая за ниточки «меньших» Сородичей, как марионеток, и разыгрывают театр теней Извечной борьбы. Титул, власть и влияние может заявить кто угодно, и тяжела голова будущих Принцев и Баронов. Но кто нашёптывает им на ухо, кто говорит из невидимых задних комнат? Магистры клана Ласомбра.

Ласомбра превыше всего ценят успех, особенно если он даёт власть над другими. Риска они не любят и по праву славятся холодным расчётом. Вогнать кол в сердце упрямого врага или публично растерзать соперника перед собранием старейшин и анцилл — мудрый Ласомбра всегда знает расклад и умеет привести собрата или ничего не подозревающего простака к нужному исходу. А когда расклад не в его пользу, он просто жульничает. О чести хорошо говорить в Элизиуме, но это лишь одно оружие в арсенале Теней.

Клан приложил руку к каждой секте: Ласомбра были среди первых бунтарей Восстания анархов, военачальниками Шабаша в Америке, а в эпоху Второй инквизиции стали ценным пополнением Камарильи. У клана громкие имена и долгая история, но ему не доверяют как манипуляторам и боятся того, что шевелится в вызванных ими тенях.

Ласомбра и техника

Проклятие Каина у Ласомбра видно особенно ясно. В зеркале и на записи их образ искажён: мерцает, плывёт, становится прозрачным, почти исчезает — и выдаёт нежить, а то и клан. Сенсорные экраны, голосовое управление и прочая техника, которой касаются напрямую, у Магистров глючит, а электронные системы легко замечают их след. Будто они живут на чуть другой частоте и то появляются в свете, то пропадают.

Птенцы приходят в отчаяние, а опытные Хранители быстро заводят смертных или гулей, которые отвечают на звонки и возят их куда нужно. В некоторых доменах Ласомбра без личного слуги считается старомодным, а то и обделённым.

Кого обращают

Больше всего сиры ценят в потомках честолюбие, а себя Магистры считают образцами совершенства. Каким оно бывает, решает каждый сам: паутина личных амбиций может держать несколько поколений Ласомбра на службе у планов одного сира — знают они о том или нет. Политики, криминальные гении, бывшие военные и полицейские, люди, пережившие трагедию, — каждый находит место среди Теней. Одних обращают, чтобы однажды они повели других, другие навсегда остаются тенью своего сира.

Многие Ласомбра при жизни были богаты и влиятельны или служили религиозным институтам, не обязательно с верой в сердце, а некоторые происходят из полуаристократических родов. Сиров, похоже, тянет к тем, кто всю жизнь копил власть: в такой среде совершенство Магистров распускается, как тень в сумерках. В котерии Ласомбра почти всегда считает главным себя. Не верите — спросите его.

Честолюбие толкает Ласомбра к власти — в обществе Сородичей или, негласно, среди смертных. Среди них бывали Принцы Башни Слоновой Кости, военачальники анархов, сенешали, священники и даже морские разбойники. Но из Хранителей выходят и прекрасные шпионы, лазутчики и убийцы: они прячутся в тени, собирают сведения и выжидают момент для удара, а если их поймают, запугают кого надо или пробьются силой.

Типажи

• Наставник«Всегда меняйся с выгодой» — старое правило, и наставник ему верен: скупой кивок Принца он превратил в одни из самых престижных охотничьих угодий домена. Своим протеже — раз в десятилетие новому, с обещанием перебраться в другой домен и «расширить паутину» — он объясняет, что ключ к успеху — торговля долгами: многие готовы завтра заплатить за то, что им дают сегодня. Сегодня наставник сидит на горе долгов и секретов, которые наделали бы бед, выйди они из тени на свет Элизиума.
• ПровокаторЕго обратили, чтобы скормить Второй инквизиции, но он перехитрил сира и привёл к его убежищу Отдел особых расследований ФБР. С тех пор он за плату натравливает охотников: подбрасывает улики и выманивает элиту ФБР на врагов заказчика. Работает он только на тех, чьи цели совпадают с его собственными, — у него свой, больший замысел. А риск растёт с каждой ночью: Отдел всё лучше понимает, как устроена вампирская угроза в городе.
• Модный летописецМногие старейшины ушли на Зов, и летописец вошёл в моду среди поднимающихся анцилл, которые с годами начали забывать куски собственной истории. Он превращает их рассказы в то, что можно взять в руки, — стихи, дневники, мемуары, апологии, — чтобы память не пропала навсегда. Обаяние у него такое, что эти самовлюблённые Сородичи без опаски доверяют ему тайны. Помните, чем кончилась притча о лягушке и скорпионе?
• КамердинерПутешествует якобы в услужении у богатого, но недалёкого аристократа и ходит незамеченным среди тех, кто «прислугу» не замечает, собирая тайны высшего света. Подозрения быстро соскальзывают с этой пары: господин слишком глуп, чтобы за чем-то стоять. А долгие ночные часы среди слуг, которые часто ненавидят унаследованные привилегии господ, дают камердинеру охотных сообщников, когда какому-нибудь заносчивому бездельнику пора получить по заслугам.

Как пользуются Дисциплинами

• ДоминированиеЛасомбра ломают чужую волю и приказывают без изящных ужимок, которыми прикрываются иные Проклятые. Бесцеремонность злит других Сородичей, но в промывании мозгов и подчинении добычи Магистрам мало кто откажет. Велеть жертве подставить шею Ласомбра может не задумываясь.
• НебытиеВласть над тенями позволяет наблюдать, бить и уходить, ни разу не встретившись с жертвой лицом к лицу, или посылать вместо себя сущностей темнее смерти. Многие уверяют, что за Небытие платят душой и что именно из-за него Ласомбра так странно выглядят в зеркалах и на записи.
• МощьЕсли без насилия не обойтись, Магистр предпочтёт раздавить врагу череп руками, проломить ногой живот какому-нибудь панку или сорвать дверь с петель — пусть уважают и боятся. На охоте Мощью пользуются немногие: хватать и держать сосуд руками считается вульгарным. Но иногда Голод требует своего немедленно.